Калининградскую область испепеляющий зной лишь слегка задел крылом, а теперь вот пошли обильные дожди. Для горожан они – благо: можно вздохнуть полной грудью, а для сельчан, занятых на полевых работах, – сущее наказание.

- Вода стоит на полях, - жалуется руководитель крестьянского фермерского хозяйства из Гусевского района Валентина фон дер Деккен, - техника простаивает, а время уходит…

Августовская непогода – не единственное беспокойство Валентины Семеновны и ее коллег по аграрному цеху. Урожай нынешний – не чета прошлогоднему, когда от зерна по осени ломились амбары, и проблема была одна – куда его сбывать. Впрочем, для КФХ «Фон дер Деккен» поиск покупателей головной болью не был – значительную часть урожая хозяйство отправляет на экспорт и тем живет. Как быть аграрному предприятию сегодня, после того как на правительственном уровне в Москве запретили вывозить зерно за рубеж, его руководитель не знает.

- Мы только за счет экспорта и выживали, - говорит Валентина Семеновна. – Зарубежные контакты нарабатывались годами, наши партнеры – народ серьезный и в расчетах пунктуальный, а это для всякого бизнеса главное. Не то что российские мукомолы. Знаменский мукомольный комбинат нашему хозяйству второй год не может вернуть 2,5 миллиона рублей за поставленную продукцию. Мы уже и через суд пытаемся получить свои деньги, да все пока без толку… Весь расчет был на экспорт продукции, а тут такой сюрприз. Да еще и с пошлинами на рапс правительство подкузьмило. В цивилизованном мире за экспорт рапса производителю государство доплачивает, а у нас, напротив, деньги норовят отобрать. И все как бы по закону. Тотальный административный контроль душит рынок.

У холдинга, которым руководит Сергей Семенов, с введением запрета на экспорт зерна появились те же проблемы, что и у многих других аграрных предприятий.

- Такое впечатление, что в Москве о нас забыли, - сетует Сергей Юрьевич. – Между тем мы без экспорта просто задохнемся. Куда девать зерно? Везти в Россию – дорого, при цене 4,8-5 тысяч рублей за тонну только перевозка обойдется в две тысячи рублей. Аграриям ничего на прибыль не остается, тем более что после принятия решения об эмбарго цены на зерно упали повсеместно. И продолжают падать. А представьте себе, что будет после того, как откроют интервенционный фонд (это зерно, которое государство в свое время закупило у российских производителей. – Н. Д.)! Тогда цены должны опуститься еще ниже. Между тем осень – не только пора уборочных работ, озимого сева, но и время платить по кредитам. А где брать деньги, если от урожая ничего не выручишь?

Конечно, в хороший год нам до зимы хватало денег, полученных от продажи рапса. Но нынче эта культура подвела – в суровую зиму многие посевы вымерзли, что-то пришлось пересевать… Сейчас по рапсу мы не берем того, что планировали, – опять убытки!

Решить проблему производителей зерна на уровне области не получится, это вопрос федерального значения. Одна надежда, что новый глава региона вникнет в наши проблемы и «пробьет» этот вопрос на федеральном уровне. А если этого не будет, многим региональным производителям зерна впору будет идти побираться.

Гендиректору ЗАО «Побединское» из Славского района Николаю Мартюшеву до пресловутого запрета на экспорт зерна вроде бы дела нет. Его хозяйство за рубеж ничего не отправляет. Но Николай Васильевич тоже вставил в тему свои «пять копеек».

- Запрет на экспорт перекрывает нам всем кислород, - с привычной прямотой рубил гендиректор в телефонную трубку. – Цены на зерно падают, а на удобрения, ядохимикаты, технику, запчасти, стройматериалы растут. Правительство озаботилось тем, чтобы молоко и хлеб в магазинах не дорожали. И это – за счет крестьянина. Где логика? Если держите цены на основные продукты питания, компенсируйте это селу за счет государства, да хоть из прибыли от продажи нефти и газа платите! Мы об этом говорим уже не первый год, но кто нас слышит? Боюсь, что и сегодня дальше разговоров дело не пойдет.

Источник: Калининградская правда